Продолжаем делиться историями о бирянах, отдавших жизнь за наше мирное небо

—Папа родом из Казахстана, поселка Зеленый Бор Целиноградской области. Семья была большая—три брата и три сестры, всего семь детей. Окончив школу, пошел работать трактористом. Любовь к технике ему привил мой дедушка Николай. Это осталось с ним на всю жизнь, сколько бы ни менял организаций, специальность была прежней. Помню руки папы всегда в мазуте.

Срочную службу проходил в танковых войсках в Новосибирске, затем передислокация в Горький. Заканчивал службу в военно-строительном батальоне, после демобилизации снова сел за руль трактора.

С мамой Натальей были знакомы всю жизнь. Более того, появились на свет в один день. Мамы родителей лежали в одной палате в родильном доме. Мама рассказывала, что в школе они учились в параллельных классах. Терпеть друг друга не могли, постоянно дрались, когда были маленькие. Потом и полюбили, в 24 года создали семью, через три года родилась я. К этому моменту уже переехали в Старобурново. Работали в хозяйстве, мама собирала картошку, а папа, как всегда, на тракторе. Родителям дали жилье как молодой семье.

Папа был добрым, отзывчивым, всегда всем помогал, не мог сидеть без дела. Мама называла его простодырей. Очень любил готовить. В интернете вычитает какой-то рецепт, говорит: «Все, мои хорошие, на кухню пока не заходим, я буду стряпать». Мы сидим, ждем. Баловал французской, итальянской кухней, национальными блюдами. Его фирменное—чеченские галушки (тесто с мясом, картошкой, овощами и специями). За огородом ухаживал сам: сажал овощи, зелень, полол, поливал. Маму туда не пускал.

Решение уйти защищать Родину принял зимой прошлого года. 22 декабря подписал контракт, на следующий день мы его проводили. Он хотел обеспечить нас хорошим жильем, пошел на это ради семьи. Взял позывной Жар. Сказал, что на ум пришла Жар-птица, так и получилось. Попал в Донецкую Народную Республику, определили штурмовиком.

Первое время всегда был на связи. Когда была возможность—созванивались, делились новостями. Папа рассказывал, что они живут в землянках. Познакомился с земляком, бойцом из Башкирии, подружились. Однажды папа сказал: «Если было бы можно, я бы разорвал контракт». Но было уже поздно.

Получил пулевое ранение брюшной полости, но нам не сообщил об этом. Лежал в госпитале меньше недели. Оттуда уехал в Сергеевку. 18 января в социальных сетях написал, что любит нас. Эту переписку я до сих пор храню. После этого на связь не выходил. Оказалось, что 25 января папа погиб, но мы этого еще не знали.

Стали искать, до последнего надеялись на лучшее. Спустя несколько месяцев сообщили, что папы больше нет. Передали военные жетоны с позывным и личным номером.

Папа успел понянчиться с внуком Иваном, ему сейчас почти четыре года. Он всегда говорил: «Родится сын—назовешь Ванькой». Так и сделали. Раньше папа возвращался с работы, Ваня на него залезет, они беседуют.

По вечерам с сыном смотрим военные фильмы, я рассказываю ему про дедушку, он внимательно слушает. Показываю фотографии, где папа в обмундировании, он его узнает.

Мой двоюродный брат тоже выполняет боевые задачи на передовой. Они с папой хотели встретиться, были в каких-то четырех километрах друг от друга. Но не успели.

Фото из архива Валентины