Бирский краевед Валерий Киселев делится воспоминаниями о Кощеевской усадьбе и поселке Пионер, где планируется проложить историко-экологическую тропу

Кощеевское поместье может стать  центром комплексного туризма. И не только туризма, а даже микрозаказником в некоторых его уголках. Валерий Киселев приводит выдержки из рассказов компетентных людей, побывавших в этих пока еще малоизвестных широкому кругу краях.

Василий Сулима:

--До чего же был очарован нашим предшественником, назвавшим место своего поселения Айгульдин (сейчас Айгильдино). Ай--луна, гуль—цветок, Дин--по-арабски вера, вероисповедание. Цветок луны! Чудное место, колдовская тишина с расположенным рядом Кощеевским поместьем. Хорошие, трудолюбивые люди. Мирно журчит по каменистому ложу Айгильдинка, принимая в свои берега тихий ручеек Каранка.                                             

Эльвира Фахрисламова:

--Невозможно понять Россию, не познав малую родину. И вот на этот раз мы, ансамбль «Калинушка», приехали в поселок Пионер. И не разочаровались. Где еще увидишь такие огромные, хоть и пострадавшие от катаклизмов истории и времени дворцы из красного кирпича? Хозяева поместья держали лошадей, выращивали зерно, просо, горчицу. Разводили рыбу, гусей в пруду, разбили на склоне чудесный сад. И даже устраивали балы и закатывали пиры, куда съезжались помещики и знать с окрестных сел и поместий. А какая природа вокруг, как свеж и чист воздух, напоенный ароматом целебных трав! Вот бы все это восстановить, особенно разряженные тройки с бубенцами, фруктовый сад на склоне горы.               

Владимир Курбатов:

--Много слышал про поселок Пионер, Кощеевское поместье и  давно хотел там побывать. То, что увидел, к чему прикоснулся, удивило до глубины души. Фантастика, которая была сотворена более 100 тому назад! На горе, в окружении лесов, холмов, словно два красных корабля плывут по зеленому морю под  синим небом. Надо вернуть им былую красоту! Создать хотя бы пока минимум комфорта для любования этой красотой. Ведь это уникальное культурное, историческое и архитектурное наследие.         

Исиляй Бухаров:                                                      

--До войны поселок Пионер считался благоустроенным и богатым. Было много лошадей, КРС на ферме и подворьях, овцеферма, пасека. Население Пионера отличается трудолюбием, трезвым образом жизни. В 60-70-е годы прошлого века Пионер был кипучим центром местной округи. Это земля, на которой хочется жить. 

Девушка-призрак и исчезающий мальчик

Призраки и привидения, фантазии и реальности поместья... А как же без них? Они просто обязаны быть в этих таинственных и загадочных хоромах, бывших конюшнях, складах и в холодных глубоких подвалах и погребах. Да и неподалеку расположенное старинное кладбище с полуразрушенными надгробиями из черного мрамора с полустертыми позолоченными буквами вызывают уважение и священный трепет.

--Вечерело. Преодолев некий дискомфорт и страхи, мы решили переночевать в Кощеевской усадьбе,--начал свой рассказ Валерий Васильевич.--Надо же хоть раз в жизни почувствовать, каково это—почивать в царских хоромах? Разбили палатку прямо под аркой здания с красивым мезонином. Развели костерок, забулькала в котелке гречка с тушенкой, закипел чаек с душицей. Блики костра рисовали на потемневших от времени сводах (100 лет не шутка!) таинственные фигуры. С почтением  я прикоснулся рукой ко все еще прочной и гладкой стене.  Ведь это прикосновение к вечности!

Неподалеку от нас два кладбища—старое фамильное Кощеевых и новое поселковое. Дав волю фантазии, можно было предположить, что это пляшут  не язычки пламени, а проснувшиеся души предков бывших обитателей поместья исполняют жутковатую «пляску святого Витта». С писком мелькали  вокруг нас летучие мыши, заселившие эти «графские развалины». На огонек подошли и наши новые знакомые, сопровождавшие нас по усадьбе и ее окрестностям. И начались воспоминания из истории поместья и его обитателей.

Не обошлось и без мистики. Впечатлил рассказ о призраке-мальчике, который  вечерами тихо бродит по пустым залам, и незаметно исчезает, словно растворившись, увидев человека. А двери сами собой закрываются за ним. Упомянули и о девушке, которую чаще замечали у этого дома с мезонином. И я сразу вспомнил о книжке местного уроженца А.Иликаева, которую подарила мне Ирина Янгильдина, под названием «Призрак девушки». Не ее ли имели в виду сельчане? В общем, засиделись за полночь. Долго не мог заснуть, переполненный впечатлениями от увиденного и услышанного. Громко скрипел за палаткой коростель, и что-то твердое мешалось под рукой. И как медный таз светила на небе полная луна. Наконец, бог сна  Морфей сморил и меня.

Подкова на удачу

Сон оказался в тему. Приснился огромный мезонин с темными круглыми глазницами, и в одной из них в клубах тумана возник силуэт девушки с длинными светлыми волосами. Затем она слетела к нам под арку и уселась возле тлеющего костерка. Я вылез из палатки: «Ты кто?»  Девушка рассмеялась: «Люди называют меня по-разному, и чудилась я им в разных местах. То на кладбище, то у колодца, но чаще здесь, в поместье, по ночам и только в полнолуние.  Вон, взгляни, какая луна на небе! Почему здесь?  Я хорошо помню, что тут в мезонине жили управляющий, приказчик, коновал. А в другом доме жили мои родители. Они готовили такой ядреный кумыс и вкусные душистые пироги из дикой башкирской капусты, которая растет  прямо за околицей.  А потом в мезонине был клуб, и молодежь собиралась на танцы… А зимой я любила кувыркаться в снежных вихрях бурана, кружиться в теплых струях дыма из печных труб. Ветер завывал в них, и я слышала, как люди, прикрывают вьюшки печей крепче и ворчат: «Ну, опять Кощеевская дочка Катя заявилась, нет ей покою, бедняжке. Погибла она в 16 лет—сбросили ее в колодец. Так и мыкается по поселку и вокруг него».

И девушка как-то странно взглянула на меня и замолчала. В темных колдовских глазах блеснули слезинки, отразив  призрачный  свет луны. «Но любила я и пошалить. Дожидалась, когда папе запрягут его любимую тройку в расписные сани, чтобы добраться до города. А потом на ходу вскакивала сзади на полозья и, ухватившись за спинку саней, с ветерком в клубах снега мчалась средь заснеженных деревьев! Папа один или со спутниками мирно посапывали в санях, укутавшись в волчьи шубы. Иногда кучер поворачивал голову назад, и я слышала, как он тихо бормотал себе под  нос: «Тьфу ты, опять приблазнилась девка кака-та, лихоманка шоб ее заела! Не-е, зря мы вчера с коновалом и приказчиком Иваном анисовку приговорили!»  Вот, посмотри, это подкова папиной любимой лошади. Я взяла ее себе на память. Но решила сегодня подарить подкову вам. Вчера  подслушала ваши разговоры и узнала, что поместье хотят восстановить и очень обрадовалась. А подкова вам поможет, ведь она не простая, а волшебная! Подарите усадьбе вторую жизнь! Может, и я тогда успокоюсь. Девушка протянула мне подкову и исчезла, слилась с розовеющим за аркой небом.

Удивительная находка

Проснулись поздновато. Про сон я никому ничего не сказал. Быстро изготовили кофеек с бутербродами и стали собирать сумки и вещи. Я пошел сворачивать палатку. Оттащил в сторонку, свернул и сунул в чехол. Решил проверить по привычке, не забыли ли что-нибудь. На том месте, где стояла палатка,  заметил  присыпанный мелкими камешками какой-то предмет. Поддел носком кроссовки и… Передо мной лежала изрядно проржавевшая подкова! Завернув находку в пакет и, убедившись, что меня никто не видит, бережно уложил ее в клапан рюкзака. А что, а вдруг?

Лечить грязями, кумысом, медом

Мифы и легенды—это нормально. Они неотделимы от любого туристско-природного маршрута или объекта, дополняют их историю, вызывают интерес и придают особую привлекательность. А что касаемо Кощеевской усадьбы, то у меня  давно зрела идея. Да, музей здесь нужен. Но одним музеем сыт не будешь. Усадьба должна приносить доход. Думаю, создание бальнеологического, курортно-оздоровительного комплекса будет то, что нужно. Чем лечить? Пешеходно-конными прогулками по чистому воздуху и зимой и летом, лечебными грязями, голубой  глиной и минеральными источниками, целебными травами и ягодами, которые можно выращивать здесь же, кумысом и медом… Остальное можете добавить сами. Главное, чтоб лед, который тронулся, не застрял где-нибудь на мели или корягах.

Фото Валерия Киселева